August 5th, 2003

КошЬ

Истории и жизни

Вот Костя Иночкин здесь рассказывает про двух японский ветеранов, а у меня тоже есть одна история. Японо-китайская, однако.
Если кто не знает, напомню, что я получила образование и учёную степень в Китайском Геологическом Университете, которому в октябре прошлого года как раз исполнилось 50 лет. У этого университета два отделения - Уханьское и Пекинское. Вся основная научная и преподавательская база по геологическим специальностям с 1975 года находится в Ухани. Виной переезду ухудшение отношений между Китаем и Советским Союзом - стратегические объекты прятали в центр страны, подальше от возможного военного противника, и потому, уже в девяностых, мне пришлось промаяться субтропиками восемь лет среди озёр и рек крупнейшей из трёх печек Китая (есть ещё Нанкин и Цзинань). А теперь сама история.
В Ухани перед зданием университетской библиотеки в 1996-м году установили часы Тошиба с трёхсторонним циферблатом*, подарок одной японской старушки (говорят, она уже умерла). Разговоров, сарказма и анекдотов это событие вызвало много - уж очень своеобразный это подарок в китайском понимании - часы. Слово "часы" созвучно слову "кончина" (это не относится к наручным часам, они обозначаются другим словом), потому дарить такую вещь не принято, как не принято дарить зонт, из-за созвучия слова "зонт" слову "разлука". К иностранцам, конечно, надо быть снисходительнее - ну лаоваи**, что с них взять? Именно поэтому подарок университет принял, осветил событие с долженствующей и присущей самому акту дарения помпой, что, впрочем, не мешало всем посмеиваться и иронизировать в стороне от банкетного стола и официальных речей. Впрочем, ирония перемежалась растроганным покачиванием китайских голов и даже некоторым умилением, когда речь заходила не о самом подарке, а о дарительнице. Однако, что ж японская старушка, зачем ей было ехать в такую даль с таким дорогим подарком? Причина уходит корнями в предвоенную историю Ухани. Она тогда была молоденькой женой японского коммерсанта, семья с малышкой-дочерью жила довольно уединённо - в доме на озере, недалеко от современной территории университета. И вот началась война, у мужа были связи с хозяевами самолётостроительного завода в Ханьяне (того самого, которым очень сильно интересовался Рихард Зорге), и, уезжая по каким-то своим делам из города, он договорился, что семью в случае опасности доставят на родину. Однако что-то там не сложилось, и японке пришлось бежать одной, оставив дочь на попечении соседей, которые по-соседски относились к японцам совсем неплохо. Девочка родилась в Китае, и хорошо говорила по-китайски. Потому её как-то спрятали, хотя антияпонские настроения были в самом разгаре, только относительная удалённость места от центра города гарантировала девочке жизнь. Мать улетела с тяжёлым сердцем, наказав, дочери забыть японский язык и никому не называть своего японского имени. Тем временем вернулся отец, пробрался откуда-то из другой части Китая через несколько фронтов, но по пути заболел лихорадкой, да вскоре и умер, а девочка пережила войну и вернулась в Японию по линии одной из программ Красного Креста.
Прошли десятилетия, и как только стало возможным, постаревшая жена коммерсанта приехала в Китай, чтобы разыскать могилу мужа по переданным ей вместе с дочерью приметам, и нашла захоронение почти в полной целости, разве, что изрядно запущенным. Поскольку, земля, на которой была могила, находилась на тот момент в собственности геологического университета, именно его руководство помогло старушке оформить все необходимые документы и перевезти прах мужа на родину. Потом, через несколько лет, она вновь приехала в Ухань и подарила университету те самые часы в знак благодарности за помощь и дружбу.
Во время визита в 1996-м году бабулька жила в университетской гостинице, в той же, что и я, только с другого входа. Засидевшись по ночной прохладе за книжками до утра, я часто видела, как она очень рано вставала, выходила на утреннюю пробежку, а потом являлся зевающий переводчик с ключами, чтобы отвести её в офис, на Интернет - поговорить с домом по айсикью. Потом сухонькая, даже в старости изящная японка возвращалась в гостиницу на завтрак, по пути кланяясь всем, кто её приветствовал.
Такая вот история.
_____________________________
* в сети я не нашла фотографии часов, но она у меня есть, только пока не отсканированная.
** "лаовай" - означает не только обращение к иностранцу, но и человека несведущего в чём-то, профана.

Update:
А вот и картинка. Те самые часы. Снято 21.10.2003.

  • Current Music
    "дождь идёт, струится по стеклу вода" А. Боголюбов