Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

КошЬ

..И ЛАСТОЧКА МУТИРУЕТ К СОВЕ


I.


..и ласточка мутирует к сове — чей глаз как жёлтая полоска
из-под двери, а ты лежишь на свежей простыне, тебе шесть лет:
ты мал, пуглив, безмерен и любопытен. Тени на стене рисуют
крыльев мах и посекундно меняются: ты замер беспробудно,
ты жмуришь страх, ты в доме и вовне. Ты — ветер, и колышешь
кроны ив, движением ресниц стреножишь время сторожкое,
лишь потому раним и чуток, что на долгий миг доверил сердечный
стук дверному косяку и замер ожиданьем скрипа несмазанных петель.

Она безлика, но ощутима. Смерть. Она в дому.

Пространство упирается в глаза, рождая красный отсвет на сетчатке,
клонируются тени — отпечатки совиных крыльев. Майская гроза, и та,
не заглушит их чёткий след: полночный шорох, метроном печальный —
назад тому две ночи умер дед. Сосновый гроб стоит в угрюмой спальне —
потусторонней мебели предмет. Там сладковатый обморок сирени
тревожит надзеркальный креп и забивает ноздри.

Эхо тени и тени эха —
дед был глух и слеп, и молчалив, бездвижен, недвижим, лишь
вязкий сип, надсадный голос лёгких, подсказывал, что дед пока что жив.
Босая смерть облизывала стёкла на всех часах. Сырой рассвет
день ото дня худел. Замком гремел, как тощая сиделка,
когда входило утро. Стрелка на дедовых часах умаялась вконец,
замкнув собой дыхание и боль. Ловец разжал ладонь: и загнанная
белка легла ничком в сердечном колесе.

Теперь ты учишься не доверять росе:
сирень, гроза и все, и всё вокруг тебя подыгрывает смерти. Ещё минута
и — светает.
Там что-то шаркает.. застыть? кричать? ..вот-вот!!

Но это бабушка идёт. Дверь, наконец, скрипит.

И всё в тебе мгновенно засыпает.


II.

Ты ни за что губами не коснёшься уже чужого дедовского лба.
Но первым твой ком земли ударит в крышку гроба. Отступит смерть.
Сова и ты — вы оба сочтёте ласточек в промытой вышине
над кладбищем. Поверх чужих могил. И ты почувствуешь,
как дед тебя любил: сурово, сдержанно, необычайно —
что было сил — и в отходном бреду.
Так ложечка кружится в чашке чайной и увязает в сахарном меду.

Бабуля доживёт до взрослых лет. Твоих. Уйдёт внезапно.
На кладбище соседка и сосед поедут. Там ты осознаешь: дед
не был отпет, как следует. На ватных ногах домой вернёшься.
Молод. Сед. Глядеться в толщу лет — чужих, своих, непрожитых,
нестрашных, какие есть. На завтра съешь обед, тот что был сварен
бабушкой. Домашних харчей забудешь вскоре вкус и цвет.

До той поры, когда.. Сирень. Сосна. Снята на отпуск дача на берегу
реки. Луна и ласточки. Любовь. Полоска света прорежется из-под
дверной доски. Но детские секреты рассказывать не станешь милой.
С ней меж свежих простыней так славно, так легко молчать про это,
как отсчитать по списку кораблей свою судьбу.
Гроза. Начало лета. Стрекочут насекомые в траве,
цикады и кузнечики — поэты.

..и ласточка мутирует к сове.

28-30.01.2018г. г. Пекин, Байваньчжуан — Лунцзэ
fujiS7000

Февральский дайджест..

Галопом по европам не хорошо, но что поделать, если не то состояние, чтобы обстоятельно и по полочкам. За неимением гербовой, будем писать на какая есть :-)

Начну с ближнего конца. Китайский новый год - это такое спланированное стихийной бедствие, сродни волнению человеческого моря, которое страна переживает ежегодно. Самыми первыми откочёвывать из больших городов начинают работники всевозможных производств, как правило, чем меньше городок, из которого приехал человек, и чем в более далёком медвежьем углу этот городок, а то и село находится, тем раньше начинается исход на праздники-праздники. Не убереглась и я, хотя всё давно про это знаю, но тут уж как всегда - тренируй своё терпение, и обрящешь. Или не обрящешь. Как повезёт. В общем осталась я временно без своей любимой никоновской двадцатки. В связи с чем у меня появились светосильные никкор 35мм ф=1.8, ЕД, АФ-С, кажется, даже "нано". Поняла, что категорически отвыкла от встроенного мотора. Придётся привыкать заново. Батарейку он подъедает весьма ощутимо. Фокусируется быстро, даже в темноте (вот чего я боялась больше всего, так это тупости автофокуса, чем славится моторный полтинник 1.4).
Нравится или нет рисунок - не очень поняла, хотя в первый же день умудрилась даже чего-то интересное снять. Этот кадр пока у меня лидирует.
DSC_9789_12
Collapse )
xiong_mao

Не понос, так золотуха :(

Сегодня сильно заглючил мой Fuji S7000. Что-то у него не так с зумом (выдаёт ошибку). Косметические мёртвому припарки не помогли, а мне ехать послезавтра с утра в Харбин и аппарат в эти дни очень нужен, да он и завтра нужен, но на завтра постараюсь обойтись простенькой олимпусовской мыльницей доброй glad2cu. Вообще не представляю, что бы я без Марининой помощи делала.

Интересно, такую поломку реально починить за день? И что мне в целом посоветуют старшие товарищи по данному вопросу - фотоаппарат был куплен в апреле прошлого года, на него действует гарантия и всё такое, однако, помимо всего остального, кардинален вопрос срочности, всё-таки шанс такой поездки и таких съёмок выпадает нечасто..

В общем, попросите там для меня удачи с камерой, мне это и вправду очень важно.
  • Current Mood
    ругательное, ага.
  • Tags
КошЬ

来到新土地,认识新的人

"Привыкаю к новой неизбежности, к очередному пейзажу в окне.."
Скоро начнётся мой четвёртый год в Пекине, четвёртый адрес. Смертельно-основательная цифра четыре в сочетании с "моей" единицей прочно поселяются вокруг.
Это уже не адрес, а сплошное желание смерти, воплощённое мортидо (встречусь во сне с Сабиной Шпильрейн - будет о чём поговорить) - "первый район Фэн Я, одиннадцатый дом, четвёртый подъезд, первый этаж, квартира 104". Ну, и слава богу, ему и положено быть таким - четвёртому адресу.
Там ещё много удивительного, расскажу как-нибудь. А вот соседи у меня чудесные, этот дедушка живёт за стеной справа..


(с)К.С.
  • Current Music
    Зимовье Зверей "начало цитаты"
Чутноффа

Настроение дня..

..остаётся - бочком и вдоль стеночки, как паучок у Бару..

А если из архивов - то вот так:

***
..а стылое низкое небо горчит
повиликовой почкой,
мне в сердце нацелив калёные стрелы
немого дождя.
1992г.

..Сиреневым дымом истает город,
распятый на пяльцах
степи и прошитый стежками
весенних размытых дорог.
У ветра нездешнее имя
с беззвучным, как смерть, окончаньем,
И древние боги мечи обнажили,
ступив на порог:

26.03.2002 г. г. Ростов-на-Дону.
  • Current Music
    весна..
КошЬ

Моли (история одной частицы "ци").

Она родилась серым ноябрьским утром в затхлых недрах коммунального коридора между кухней и бывшей дворницкой, в двух шагах от конторки с телефонным аппаратом, напротив стародавнего зеркала, амальгама которого покоробилась так, что более всего напоминала смесь рождественских морозных узоров с орнаментами пустыни Наска. Встревоженная семейной коллизией, резко хлопнула дверь, всколыхнулся затхлый воздух, поднялась пыль с укромных, годами насиженных мест, и, материнская частица ци, подхваченная мёртвым ветром старой квартиры, в потоке других понеслась вдоль по проходу, налетела на щербатый угол, некстати оказавшийся на её пути, где в момент отражения отпочковала от себя ещё одну частичку светлой энергии. Едва покинув материнское тело, новая ци гордо вскинула голову и заспешила дальше, навстречу нарождающемуся стылому дню, первому в долгой веренице бесконечно подобных…
С того самого мгновения Моли поняла, что глухой и слепой коридор до краёв полон затаённой жизни. Из-за дверей доносились обрывки разговоров, шум электроаппаратов, запахи пищи, годами не проветриваемых сундуков, пёсьих ковриков и вылинявшей кошачьей шерсти, вперемешку с низким неясным, гулом великого множества человеческих мыслей, большей частью прямолинейных до безысходности. Отчего и когда Моли узнала, что её зовут Моли? Теперь уже не скажешь, но именно с мига осознания своего собственного имени и начинается жизнь всякой новой ци, а потому будем утверждать, что Моли всегда была Моли. Можно предположить, что в момент её рождения в каком-то из бесконечных коридоров этой планеты погибла некая иная ци, и таким образом, Моли по законам сохранения массы вещества (или чего там ещё?), реинкарнировалась в её сущность, тем самым, унаследовав и её имя. Но к чему нам проникать в эту и ей подобные тайны? Так случилось, и придётся, видимо, принять на веру, что всё случилось именно так.
Входная дверь захлопнулась за незадачливым супругом, пыль потихоньку оседала на привычные строчки сталинских передовиц, покоящихся на вершинах шифоньеров под самым потолком, поток застойного ветра стих, и Моли, наконец, огляделась.
Она оказалась совсем недалеко от парадного выхода, с некоторых пор единственной двери, ведущей в большой мир. В конце длинного коридора, за кухней, виднелся и второй, чёрный ход, много лет назад заколоченный намертво и заставленный многочисленными мусорными вёдрами, числом равным числу жилых комнат. Дверь в кухню (ближайшая к мусорным вёдрам) была закрыта, лишь узкий серый луч пробивался в щель у косяка, да слабо пахло оставленным на плите борщом. Ещё менее привлекательной выглядела дверь в уборную, через одну от кухонной. Сквозь неё сочился отчётливый холодок нежилого помещения, а из соседней с ней кладовушки, напротив, тянуло духотой непроветриваемого склада отслуживших своё вещей. В коридоре то тут то там громоздились платяные шкафы и вешалки с шапками и верхней одеждой, в неверном утреннем сумраке напоминаюшие безмолвных призрачных привидений, дежурящих у дверей почти каждой жилой комнаты. Квартира ещё не забыла времена, когда у иной двери ночь напролёт стоял, бывало, «человек с ружьём», а чаще с наганом, немой, торжественный и страшный осязаемой причастностью к тайной власти. Кто осмелился бы задать ему вопрос? Разве лишь потомки тех, подгоняемых тычками чёрных дул, уведённых незнаемо куда, в бесчисленные стылые утра бесконечных ноябрей десятых, двадцатых, тридцатых, сороковых и пятидесятых годов. От безысходности у Моли закружилась голова, лететь в сторону кухни ей решительно не захотелось, и она обратила своё внимание на тот конец коридора, что примыкал к парадному выходу. Эта часть казалась шире и светлее, толи от того, что там было меньше вещей, толи из-за лёгкого потока светлой энергии, слабо сочившегося сквозь замочную скважину огромной, под потолок, двустворчатой двери с монументальной бронзовой ручкой, вытертой до блеска сотнями тысяч ежедневных прикосновений. Здесь же, в закутке стоял телефон; некогда белый аппарат захватали до цвета слоновой кости, цифры стёрлись, так, что пенсионерки, случалось, попадали в милицию или газовую аварийку вместо скорой помощи. Но во всём остальном аппарат был исправен, а потому вопрос покупки нового на повестке дня не стоял.
Рядом с телефоном помещался мраморный умывальник с мутным зеркалом в виньетках изысков стиля конца позапрошлого века, густо заляпанный пастой и зубным порошком, белые кляксы которых некогда вылетели из многочисленных жильцовских ртов от усердных утренних упражнений с зубной щёткой. Кран умывальника венчался бронзовым же, в стиле дверной ручки, помпезным набалдашником, рядом с ним особенно нелепо смотрелась пластиковая мыльница-однодневка, притулившаяся на мраморной уступочке снизу. Впрочем, во внутреннем устройстве квартиры случались и не такие нелепицы. Например, на самом верху монументальной генеральской вешалки, в дальнем углу её шляпного отделения Моли заметила громоздкий ящик граммофона, а рядом с ним чучело какой-то хищной птицы, лишённое крыльев.
***
Моли зависла у окна. Небо сыпало и сыпало пушистыми комками, слабо отливавшими серебряным в галогеновом свете фонаря. Высокое и узкое окно в доме напротив то загоралось зеленоватым светом, то превращалось в чёрный провал на грязно-жёлтой плоскости фасада, и если долго смотреть вверх, казалось, что оба дома, взявшись за руки, медленно возносятся сквозь серую пелену низкого неба над каналом Грибоедова прямо в разверстую черноту открытого космоса. От восторга Моли не заметила, как сама вознеслась к потолку. Вдруг картинка стала нечёткой, восторг сменился безотчётным ужасом, наступило удушье…
Очнулась Моли от еле заметного колыхания свежего воздуха вокруг неё. Она попала в спутанный клубок застарелой паутины, на который к тому же намоталось изрядное количество пыли и сажи. Форточка была открыта, и в комнату вливался поток свежего воздуха, снегопад прекратился, полуденное солнце преобразило комнату, теперь она казалась куда просторней и чище, чем ночью…

Продолжение последует.
  • Current Music
    лунная соната